Без хороших, добрых мыслей не садись на этот стул!

Без хороших, добрых мыслей не садись на этот стул!

В селе Покровское, что под Тюменью, есть частный музей, посвящённый Григорию Распутину.

Для гугловоспитанных современников придётся сказать, что Григорий Распутин - неоднозначная и одиозная фигура начала ХХ века. Кто-то из современников считал его знахарем, врачевателем и провидцем, а кто-то был уверен, что это великий плут и мошенник, втёршийся в доверие к царской семье и, в тайне, управляющий чуть ли не всем государством российским. За это и убили его жестоко и извращённо. Так вот - музей...

Большая изба, стоящая, к слову сказать, совершенно в другом месте от прежней избы Распутина, но заполненная атрибутами и утварью вековой давности. Вещички собирались по всей округе, мало-мальски сложились в бытоописательную псевдокартинку того времени и были дополнены стеллажами с вино-водочной и пищевой продукцией местных заводиков, дабы создать дополнительный интерес у доверчивых туристов. Но самым привлекательным экспонатом музея стал стул.

Простой венский стул. (Хотя, когда я говорю "просто венский", то, наверняка, у многих не возникает в сознании правильная картинка. Вот тут уж идите и погуглите.)

Стоит тот стул в уголке хаты на цветной циновке. Стоит и манит к себе всех мужиков, так как по приданию, ежели посидеть на нём непродолжительное время, то придаёт он неимоверную пикантную силу. Подарен был этот (но скорее всего не этот) стул Распутиным своему соседу в подарок на свадьбу. И подарен с пришёптыванием на ухо как раз об этой потенциальной (в смысле предназначенной для потенции) энергии. Мол, будет тебя пятьдесят лет, семьдесят, пусть и сто лет - посидишь на нём и ого-го, - снова, как молодой, ретивый, и износу не знающий.

Так эта легенда и пошла в народ. Причём, действует стул на всех по-разному: кому-то физиологическую мощь возвращает, а кого-то исполином в общественном смысле делает , так сказать "мужем" отечества.

Проверено то было не раз: и актёры сидели, роли потом главные получали, и простые инженеры через тот стул руководящие должности обретали. А самый памятный и достоверно известный случай произошёл с персоной известнейшей: бывший тогда губернатором края Сергей Семёнович Собянин присел на краешек венского чуда, а потом и взлетел выше всех помыслов своих - мэром Москвы стал, столицы нашей родины.

А потянулись туристы клиньями. Автобусами и частным транспортом. Гужевыми повозками и пешкодралом.

А стул себе стоит и работает на радость владельцам. Музей-то частный, выгода очевидна.

И всё шло бы своим чередом, если бы стул тот не переусердствовал.

Сначала трагическое известие пришло о кончине сенатора, посетившего эти края менее года назад. Сенатор был человек уважаемый, и хоть уже достиг почти всех возможных вершин, стремиться в общественном смысле ещё было куда. Такой поворот событий бросал серьёзную тень на репутацию чудо-седалища. Но дальше приключилось ещё хуже...

Наведался в эти места и заглянул в музей человек, который и без того обладал непомерной мощью. Был он неоднократным чемпионом по различного вида единоборствам. Правда имя его фигурировало не только в списке положительных достижений, но, время от времени, мелькало и в милицейских хрониках.

Так вот, боец приехал, посетил и посидел на стуле. А, по возвращении домой, совершил акт определённого насилия над своей домработницей.

Видимо, пересидел малость!

Потом ему пришлось ещё пересидеть пять лет, но уже в местах географически отдалённых и от собственного дома и от музея Распутина.

Сам же музей настигла чёрная полоса. Может сами владельцы решили повременить с мистическим аттракционом, может кто-то указал им, мол, стульчик задействовать пока не рекомендуется, но туристы с тех пор венское чудо официально могут только лицезреть, а не использовать.

Безусловно мистика и паранормальность существует и творится. Но скорее с нашими головами и внутренним их содержимым.

Если кто-то подумает, что поток туристов иссяк, или интерес окончательно ослабел, то глубоко ошибается. Закон "чем запретнее, тем интереснее" никто не отменял.

И теперь, дождавшись, когда экскурсовод на секунду отвернётся, та или иная попа мимолётно, но вожделенно опускается на потрескавшийся от времени и усердий других поп деревянный круг.

А следом стоит уже другой слесарь, шофёр или градоначальник, пусть и не в ту хату, и не на то место, и не к настоящим экспонатам, но неизменно наполняются они счастьем и верой... Наполняются, пусть даже и через очень спорное место.